Вино в златом бокале нас манит.
Но я сначала песню вам спою!
И песня о печали прозвучит,
Вселяя радость в ваше сердце.
Когда печаль близка, душа - осенний сад,
Где умирает, вянет смех и песня.
Во мраке жизнь, во мраке смерть.
Хозяин дома!
Твой погреб золотым вином богат!
И лютня здесь моя придётся кстати!
По струнам бью и чарку осушаю.
Как сочетаются вино и лютня!
Бокал вина, что выпит в нужный час,
Ценю я больше, чем все царства мира.
Во мраке жизнь, во мраке смерть.
Пребудет вечно голубой свод неба,
Земля весной цветами будет распускаться.
Но век какой тебе, о человек, отмерен?
Не сотни лет ты будешь наслаждаться
Всей мишурою хрупкой в этом мире!
Вниз посмотри!
В сиянье лунном на могиле
Сидит безумный призрак. Обезьяна!
Послушай рёв её тоскливый
В благоуханье сладком жизни!
Теперь пора, друзья! Теперь час для вина!
Так осушите золотой бокал до дна!
Во мраке жизнь, во мраке смерть.
ЛИБРЕТТО ПО СТИХОТВОРЕНИЮ Ли Бо
«Застольная песня о горестях Земли»
Вино нас манит, но вначале – песня!
И Песнь моя о печали в радости.
Душа моя – как осенний сад.
Во мраке жизнь, во мраке смерть.
2.Череп
Хозяин, погреб твой полон вина!
По струнам бью, сей кубок осушив –
Вина бокал в столь важный час.
Во мраке жизнь, во мраке смерть.
3.Скорбь
Пребудет вечно свод небес.
Всей жизни мишура - как хрупок этот мир!
Безумен призрак обезьяны,
Ревущий в благости ночи.
Час для вина,друзья! Теперь пора!
Во мраке жизнь, во мраке смерть.
Чжан Цзи «Одинокий осенью»
Осенний голубой туман клубится
Над озером, и в инее трава.
Нефритовою пылью "живописец"
К златым цветам притронулся едва.
И стебли ветер наклонил холодный,
Повеял сладкий аромат цветов.
Но лотосу блистать красой недолго:
Увянет золото плывущих лепестков.
Устало сердце. Мой погас светильник,
И треском он напоминал о сне.
От мира ухожу в свою обитель!
О, дай покой! Как нужен отдых мне!
Я плачу, одиночества нет горше.
А в сердце осень. И конца ей нет.
О солнце счастья, не взойдёшь ты больше?
Не сможет слёзы осушить твой свет?
ЛИБРЕТТО ПО СТИХОТВОРЕНИЮ Чжан Цзи
«Одинокий осенью»
НЕФРИТОВЫЙ ЖИВОПИСЕЦ
1.Осень на озере
Осенний голубой туман клубится
Над озером, и в инее трава.
А в сердце осень. И конца ей нет.
О солнце счастья, не взойдёшь ты больше?
Не сможет слёзы осушить твой свет?
2.Цветы на ветру
К златым цветам притронулся едва.
И стебли ветер наклонил холодный,
Повеял сладкий аромат цветов.
Но лотосу блистать красой недолго:
Увянет золото плывущих лепестков.
3.Одиночество
Устало сердце. Мой погас светильник,
И треском он напоминал о сне.
От мира ухожу в свою обитель!
О, дай покой! Как нужен отдых мне!
Я плачу, одиночества нет горше.
Ли Бо «О юности»
В крохотном пруду по центру
Павильон встал из фарфора
Цвета снега и травы.
Выгнут, как спина у тигра,
Мост стоит из жадеита
Над водою к павильону.
Там друзья в нарядных платьях
Пьют вино, ведут беседу,
Пишут в домике стихи.
Шёлк их рукавов сползает
Вниз к локтям. И на затылки
Шапки съехали задорно.
На поверхности зеркальной -
Павильон, и мост, и люди
В отражении чудесном:
Перевернута картина
В павильоне из фарфора
Цвета снега и травы.
Мост стоит как полумесяц -
Вниз дугой. Друзья неспешно
Пьют вино, ведут беседу.
«ЛИБРЕТТО ПО СТИХОТВОРЕНИЮ Ли Бо
«О Юности»
Мост стоит из жадеита
Выгнут к небу точно тигр,
Где беседка из фарфора
Цвета снега и травы.
Там друзья в нарядных платьях
Пишут в домике стихи.
На поверхности зеркальной
Шёлк их рукавов сползает
В крохотном пруду по центру
В направлении локтей.
Перевернута картина
В павильоне из фарфора:
Павильон, и мост, и люди
Среди снега и травы.
В отражении чудесном
Там неспешно пьют вино,
Меж собой ведя беседы,
Шапки сдвинув на затылки,
Под задорный спор друзья.
Полумесяцем на страже
Мост дугою вниз завис.
Ли Бо «Пьяный весной»
Уж если жизнь - лишь долгий сон,
Зачем в печали жить?
Пить буду целый день вино,
Пока я в силах пить.
Когда же пить я не смогу:
Полна душа вином,
Шатаясь, я домой вернусь
Забыться сладким сном!
Проснусь - что слышу, вижу я?
Трель птицы, яркий свет.
Спрошу её: "Уже весна?"
Проснулся я иль нет?
Щебечет: "Да! Весна пришла!
И будет здесь вот-вот!"
Смотрю и слушаю. Она
Смеётся и поёт!
Вновь наполняю я бокал,
Его я пью до дна.
Пою, пока на небесах
Не заблестит луна.
И снова засыпаю я,
Не в силах петь и пить.
Мне до весны и дела нет!
Уж лучше пьяным быть!
«ЛИБРЕТТО ПО СТИХОТВОРЕНИЮ Ли Бо
«Пьяный весной»
Жизнь как сон,
А я - пустой с утра.
Пьем целый день вино,
Гуляем шумно допоздна.
Фонарь, глухая ночь-
Полна душа вином.
Петляю по пути домой,
И сладок сон после дневных невзгод.
Пробуждаюсь с похмелья-
Трель ранней птахи возвещает светлый день.
Ужель весна?
Халат накинув впопыхах,
Любуюсь танцем ласточек.
Встречаю день ,взойдя на холм
Под щебет в роще птиц-
И день смеется, песен полн!
Рог мой полон вновь вина –
Я осушу его до дна.
Снова весел и пьян весь день,
Луна восходит в моем пруду,
И засыпаю в храп –
Нет сил и песню спеть.
К чему мне Весна?
Друзья, еще вина!
Мэн Хао-жань «Прощание»
Угас в горах последний солнца луч,
И вечер опускается в долины,
Ложатся тени, полные прохлады.
Смотри! Парит над озером небесным
Луна серебряною лодкой.
И дуновенье ветерка я ощущаю
От тёмных сосен!
Во тьме поёт ручей так мелодично,
Цветы бледнеют в сумеречном свете.
Покой и сон в дыхании земли.
И вся тоска пригрезится в тот миг.
Устав, домой вернулись люди, чтобы вновь
Во сне учиться счастью и покою.
Затихли птицы на ветвях деревьев.
Мир засыпает... И прохладой веет
В тени сосны, где друга ожидаю,
Чтоб навсегда проститься с ним.
О друг мой! Я тоскую без тебя!
Мне этот вечер дарит наслажденье...
О, где же ты? Меня надолго одного оставил!
Брожу я с лютней по тропинкам,
Что мягкою травою заросли.
О красота! О вечно жизнью и
любовью опьянённый мир
«ЛИБРЕТТО К СТИХОТВОРЕНИЮ Мэн Хао-жань
«Прощание»
Тень сосны
Серебряной ладьей плывет луна над миром
В сладкой вечерней тиши
Под шепот ветерка в темной роще.
В ожидающем одиночестве
Затихли птицы на ветвях.
Стою в тоске по другу,
Прячась в тени сосны.
Луна над озером
Парящая над озером луна.
Вечер, дарящий наслажденье.
Ветер в сосновом бору.
О, где же ты?
Прохладой вея, засыпает мир.
Друг мой, тоскую без тебя!
И жду тебя, чтоб навсегда проститьс
Ван Вэй «Прощание с другом»
Спешьтесь, прошу,
выпьем вина, господин!
Ваша дорога
близка ли? иль далека?"
Всадник ответил:
"Мои не сбылись мечты,
В Южных горах
стремлюсь я заснуть на века".
И ни о чем
не спрошенный больше, ушел.
Белые в небе
вечно плывут облака.
Варианты переводов с Ван Вэя
«ЛИБРЕТТО ПО СТИХОТВОРЕНИЮ Ван Вэя
«Прощание с другом» к ор.145
1. Бледный всадник
Вот он спешился и взгляд его глух и устал.
Годы уходят, - мне говорит,- перемалываясь в желтый песок.
Долго молча стоим у реки, не решаясь спугнуть тишину.
Словно стайка гусей мимо тихо плывут облака.
Со вздохом свой взор направляет в сторону Южных гор.
Друг, поведай, какая печаль на твоей душе?
Над утесом приткнулась седая застывшая прядь,
В прозрачности гор слышен тихой флейты напев.
Сударь, прошу Вас, испейте со мной вина,
Неторопливой беседой украсим наш вечер вдвоем.
2.Подношение вина
Дом мой стоит у слияния рек и дорог.
В стойле стреножен взмыленный гостя конь .
Прохладою дышит навстречу мой скромный очаг.
Сколько ж минуло лет с той поры, господин!
Дивный вечер полощется в водах упрямой реки,
Печален под грузом забот и молчалив мой друг.
Смиренно ему вина подношу бокал -
Пусть тонут в вине печали и тяготы дня!
Солнце заходит под стрекот немолчных цикад
И небо смеркается в винных разводах зари.
3.Разбитая чаша
Белые Духи Небес разбудили в сердце тоску.
Пустынна дорога, что петляя змеей, исчезает вдали за бугром.
Солнце сверкнуло ярким лучом, уронив небеса в водоем.
Вот стоим у калитки вдвоем, мелкий дождь моросит кое как.
Кончился он, наконец, и мост над землею завис.
Так пусть хоть вино развяжет ему язык!
Беседа меж нас лениво течет, друг мой скупо клянет судьбу.
Расспросы излишни и слез при разлуке не стыдно ни мне ни ему.
А снаружи все так же плывут облака, предрекая осенний дождь,
Растворяясь беззвучно в ничто, и я снова грущу натощак.
4.В тени Южных Гор
Облака над Землей плывут в сторону Южных Гор.
Взор обращаю свой вглубь в синеву небес.
День клонит к закату, а в сердце моем тревожно за друга.
И вот он пришел и облик его растрепан и дик.
Сидим с ним вдвоем в полутьме допоздна за вином.
Голос друга и глух и тих – «стремлюсь я заснуть на века.
Там, за пределами Черных песков,
Может свой обрету я покой».
Манит злая судьба, уводя нас за самый край.
Вот и последний стакан, от разлуки мне слез не сдержать.
5.Бледноликий Монах
Топот белых как снег скакунов,
Кубок вина ему подношу.
Куда Вас дорога, мой друг, ведет?
Забвенья ищу я в Южных Горах,
Тень неудач лежит за спиной.
Бледноликий небесный монах
Зависает над вершинами гор.
Седым облакам не видать конца,
Рукою машу им вослед.
Винные тени мягко ложатся на мокрый песок.
6.Дыхание Вечности
Облака Тень на горы легла.
Он ушел...И дорога пуста,
А туманы сползают в долину.
Лишь эхо ушедших шагов
Тревожит покой Реки.
Стою на мосте у Те-Ин,
Память за водой уносится вслед.
Облака над землей чисты и наивны,
Их ветром сносит на Юг,
Где горы в гирляндах дремлющих туч.
«ЛИБРЕТТО ПО СТИХОТВОРЕНИЮ Ван Вэя
«Прощание с другом» к ор.147
Бледный Всадник
Белый скакун за порогом заржал, медленно въехав в мой двор
Друг мой, сколько ж минуло лет! Дай отдохнуть коню
С коня соскочил, со вздохом отводит глаза
Уводит коня под навес, долго возясь с седлом
Вечер в туманной дымке плывет под стрекот немолчных цикад
Неторопливо беседу ведем за прошлогодним вином
В полутьме за корявым столом под жужжание сонных мух
А снаружи все так же плывут облака, предрекая осенний дождь
Печалится друг- не сложилась жизнь. Теперь лишь покоя взыщу
Луна что настырный монах - навевает на сердце тоску
Излишни вопросы и слез расставанья не стыдно
Уходит он вдаль, а я остаюсь один на один с собой
Приглашение к вину
Вечер в винных разводах надежд
Сударь, спешитесь, прошу
Испейте со мной вина
Давайте выпьем вдвоем.
Куда Вас торопит Ваш путь?
Мечты развеяны в прах, мой друг
И все ж Вы спешите теперь…
Ищу я забвения в Южных горах
Мне ведома Ваша печаль…
На прощание чарка полна до краев
Уходите ж, вопросов уж нет
Излишни они и слез расставанья не жаль
Расставание
Стою у калитки, мелкий дождь моросит кое как.
Гляжу - неизбывный мой друг нежданно въезжает на двор.
Рукою машу- слезай поскорее с коня!
Помнишь ли зиму, тот кабачок у моста Те-Ин?
Сколько песка нанесло с тех пор,я мыслями все еще там!
Глянь, вышло солнце под вечер, отражаясь в радужный мост.
Тонут краски и звуки в прохладных сумерках сада,
И рыжие тени ложатся на мокрый песок у реки.
Спрошу я тебя - куда нынче спешишь, посидим напоследок чуть-чуть.
Ухожу я ,мой друг, за пределы Черных песков - так сложилась судьба
Спешу обрести забвенья покой позади Южных скалистых гор
И Вот ты ушел... и дорога снова пуста.
Страна южных гор
Куда держите долгий свой путь, позвольте смиренно узнать
Путь мой нелегок в Страну Южных гор, тихо молвите Вы
Край полный туманов в дыхании тамошних флейт
Здесь же во всем неудача спешит по моим следам
Может там мне удастся найти себя самого, как знать?
Сложилась жизнь не так, как хотел, говорите Вы мне
И нынче стремитесь укрыться за крепостью гор
Надеясь в горах отойти от душевных невзгод
Забвенье найдя в прозрачности горных долин
И где, наконец, обрету покой на века
К чему разговоры, коль решимость ваша тверда?
И Вот ты ушел... и некого больше спросить.
Бесконечные белые Облака
Безмерная глубь времен
Тихо парит над землей
Белые Духи Небес
Молча снуют в небесах
Зависая над вершинами гор
Седым облакам не видать конца
Над утесом застывшая прядь
Сбившись в стаи гусей
Уносится ветром на Юг
Дружба наша чиста и светла
Как прозрачность вечерних небес
Где белые облака бесконечны и вечны
СТИХИ По МОТИВАМ ТИХООКЕАНСКИХ МИФОВ
Путешествие Тафаки
Ниихау сверкает в штиль
Океан у Каулы будто гирлянда на шее
Кончается штиль- и вздымается Пьющий воду
Лаская панданусы в Науэ
Сводят с ума многих женщин
Цвета еху закаты!
(Как) Красная кожа Тафаки
В любовном томлении Хапаи
У меня под ногами неведомая земля
Я приплыл сюда из страны Аваики
Дух Земли! Чужестранец смиренно предлагает в пищу свое сердце
Дозволь здесь обрести мне покой
Небесный стержень (Пангулубаланг)
Живущие на заливе в деревне копий,
И женщины рассыпанного риса
Принявшие облик Луны
Как бьются натянутые сосуды ваших сердец!
Молим тебя, о, ты, Высший Пангулубаланг!
Отец небесного шнура да издаст воинственный крик!
И достигнет тот крик селения нашего врага!
Ты поразишь его. о Отец Горы!
Это место, где слово жреца ждало возвращения.
И слово жреца собрало все зерна риса.
И обратилось к ним: выходите все осторожно
И первым отправилось вверх по реке Джалайян
Коро-и-Тама
Был мне приют у Мбенга...
Ненадолго - и снова в опале!
Когда бы не Маза-ни ваи
Испил бы козней Мбаи
Нет ему в Рева спасенья
Спешит к берегам На-сали
Но козни жестоких врагов
Настигнут его в Токатока
Бездонно море в На-кело
Внимая плачу Нгеи
Хоть и нехотя, исходит мой Дух
Поверженный в час отлива на берегу в За-кау-ява
Из ЭДДЫ
В начале времён
Солнце не ведало, где его дом, звезды не ведали, где им сиять
Видела Дом, далекий от солнца на Берегу Мертвых, сплетенный из змей
У моря увидела Аска и Эмблу, судьбы не имевших. В них не было Духа
Валькирий видала с дальних земель, к племени готов спешащих
Ясень и омела
Глаз твой, Один, сокрыт в источнике славном Мимира
Тонкий и стройный омелы побег копьем стал губительным Хёда
Гулльвейг, пронзенную копьями, жгло пламя в чертоге Одина
Трепещет Иггдрасиль, гудит древний ствол- вырывается жадный турс!
Время бурь и волков
Карлики стонут пред каменным входом - в скалах родных рушатся горы
Сидит на холме, на арфе играя, пастух Великанши Эггдер веселый
Земля тонет в море, солнце померкло. Пламя бушует под лай громкий Гарма
С Темных вершин прилетает Черный сверкающий Змей. Трепетно Ниддхёг несет- пора ей исчезнуть
Из КУАЛЬНГЕ
Кухулин
Назывался раньше Песчаным брод - память об этом досель живет
Но отныне и до скончанья времен да будет Ствол называться он
Готов Кухулина доблестный меч снести врагам головы с плеч
Слух пронесся по ирландской земле о зловещем броде и ужасном стволе!
Плач по Фер Диаду
Вчера Фер Диад как гора был - и вот в тучи тень превратил его битвы исход
Все было забавой, игрой без забот, пока не столкнул нас проклятый брод
Тяжкий труд, черный взгляд и пронзительный стон. Алым окрасились воды огнем
Плыви же туда, обретешь где покой. Мне ж горе свое не залить и вином
Донн и Финдбеннах
Финдбеннах, любимец коров из равнины Ай! Нет равных тебе в стадах королевы Мадб
Но слух наш пронзил и обратил сердца в трепет рев ужасный быка с Лох Лаэга
Не знавал на земле он подобных себе, грозный бык Донн, Бурый из Куальнге
Тут ноздри и щеки быков перед схваткой раздулись от ярости. Горе тебе, сын Гарбада!
По СЛЕДАМ ВИС и ЛЕГЕНД
Под небом валькирий
Сумрак настал и нам пора в путь по влажным нагорьям в Страну Хеймдалля
Вдруг блеснули лучи у Логафьёлль. Свет излучали копья валькирий
Смелому лучше, чем трусу, придется - в игрищах валькирий почетен храбрец
Ринулись с неба валькирии в шлемах, в Хель идут люди, расколото небо
Жернова желания
Не нынче то было и не вчера.Это свершилось в годы древнейшие - злые там совершались
дела
Вот мы пришли к палатам конунга. Холод нас мучит и ноги ест грязь - отданы в рабство. Нам плохо у князя!
На восток от палат зрим мы пламя небес - то весть о войне, знак это вещий. Девы, беритесь смелей за рычаг!
Вдосталь над жерновом девы стояли. Фроди достанется славный помол - юные были как ётуны в гневе
Локи
Там, где проходит рубеж меж Богами и турсами, воды Ивинг реки не покроются льдами вовек
Все девять миров до дна я прошел и Нифльхель видел, куда смерть уводит
Из рода Фенрира станет один мерзостный тролль похитителем солнца
Кровью зальет он жилище Богов. Солнце померкнет в летнюю пору
Из ШИ ЦЗИН
Из гимнов царства Чжоу
О, сколь прекрасны ячмень и пшеница! Светлый дар Неба в год изобильный убрали с полей.
Риса довольно и много теперь ячменя, в год урожайный полон зерна наш высокий амбар
Множество служек толпой стекаются в гору, быстро большими шагами шествуют в Храм
Небо молча взирает на нас с холодных и светлых высот – в жертвенный дар мы приносим овцу и быка
Великие Оды. Вэнь ван
В княжестве Шэнь, что у самого берега Вэй, брачного возраста царь Просвещенный достиг
Небо готовит подругу – деву из Шэнь - ему навсегда там, где находится северный берег у Ся
Мост через реку из стругов готовит Вэнь-ван – к Вэй отправлять ся для встречи невесты пора
Светлое Вышнее небо взирает на землю внизу, воля Небес поручить ему царство – тверда
Ледяная вода
Как просо, бывало, прекрасно всходило повсюду у нас!
И быстрые майские тучи дождями обильно поили поля!
Ныне ж течет на поля ледяная вода, заливая полынь и тоску
Я проса не сею, забросил свой сад и слезы молча текут из глаз
Из ЭЗРЫ ПАУНДА
Прощание с другом
Сегодня на Драконьей Горе слепящее солнце, песок и грусть
Ко-Дзин, мой стародавний друг, уплывает в лодке на запад
Повстречались на миг c ним у моста Тэн-Син и навек разбрелись
Я пью и смотрю на восток- ни повозки ,ни лодки – пустынен тракт
Возвращение из Северного Похода
Мертвый с начала начал суховей засыпает Северную заставу песком
Теченье несет нас …и все же сэннину нужен для путешествия желтый журавль
Светлое солнце встает поутру в Юго-восточном пределе Вселенной
А мы все так же собираем папоротник по весне, гадая, когда же вернемся домой
Песня стареющего садовника
На месте дворцов горделивого Го ныне горбится пустошный травянистый холм…
Восточный ветер дохнул той весной на крылья гнутых дворцовых крыш
А девы танцевали и пели в прозрачной парче, и ветер уносил их песни за облака…
Меня жe с тех пор гложет сухая печаль и сушит мне душу как злой суховей - живые цветы
Из ХОФФА
Поминание предков
Зной зыбучих песков Барса Хвост серебрит, лижет жадно шапки заячий мех
Река извивается, точно змея и в шипении пены у ног чудится песня дракона
В дни майских утех чтим мы память о предках – им в благость дымок скромных жертв
В тени скал Итяньсу лишь затронул, шутя, вечер квадраты окон. Ветер то тих, то лют
Охотник за солнцем
Оставлен последний сноп в поле – да ублажит он досыта духа дорог!
Палит старую ведьму Трехпалый Ворон, кровь собак на прибрежном песке
Круг луны трижды дробится волной: то луноликая пляшет жена в тени лунного лавра
Слепит тысячью солнц . Кривой лук из тута натер мне плечо и дыр в моем колчане - не счесть
Странник
Кобылиц диких прыть пылью брызжет на тракт и радостно ржет мой конь
Всем сердцем отринув мрак, словно безумец, пью Небесной Реки синь
Из глиняных чаш льется вино – и хватит грустить зазря! Плесень в Храме Бохай…
И я вновь стучусь втуне в сонную медь безоблачных грез грузом прожитых лет
Из МАНЪЁСЮ
Сакура
Весны туманы голубые поплыли дымкой над землей
Ах, поскорей пришла бы та, что Утренней женой зовется!
Чтоб все кругом бы засверкало до дна текущих вод
И вишен белые цветы, снежинками порхая, пали б оземь!
Плач по принцессе Асука
Там, где речные водоросли, что склонились к земле, чуть засохнув – вновь растут
На Асука реке у истоков, там, где мель, что могло случится с ней?
Позабыла ли утром дворец посетить иль нарушила ночью запреты?
О, Киноэ, тот дворец, где приносят дань рисом, стал ее вечным дворцом
Крик кукушки
По дороге в Синану средь заброшенных полей - чу! - кукушки доносится крик
Вспомнил с тоской берег моря в Суруга, что покрыт весь травой хамацудзура
Здесь вчера еще с милой неразлучны были вдвоем, что ж сменилось с тех пор?
Журавли лишь надрывно курлычат в ответ, исчезая в белоснежных облаках
Томление
Дымкой легкой покрылся под вечер склон Небесной горы Кагуяма
В прозрачных водах реки Нодогава растаял местами на речной траве иней
В час кой туманов вешних дымка повсюду стелется, сильна любви тоска
О, скоро ль ночь заменится рассветом? Луна молчит над снежной шапкой гор
Плач о жене
В Камакура, где мыс Микоси, на взморье поднялась огромная волна…
В горах Хикитэ, где путь лежит в Фусума, оставил навсегда я милую жену
И вот, когда иду один тропою горной, мне кажется порой, что сам я не живу:
Как прежде, солнце озаряет небосвод, а милая все дальше от меня за годом год
Разлука
Словно журавль, брожу один по полям , обходя холмы
Лишь две птицы снуют без конца между двух соседних болот
В Саватари встретиться могли б, но гнедой мой промчался мимо
У ворот жена долго стояла, не решаясь все руки спустить
Вешние воды
Как соловьи, что плача, расстаются, в горах Касуга вновь настанет день
Реки Асука ярый рокот уносит прочь шумливой пеной бурливых волн
Листву деревьев до воды сгибая ветром, повсюду стелется густой туман
Сквозь мглистый дивный сон полночная луна собой любуется в пруду
Песня погибшего странника
Я оставил коня в поле возле чистых вод быстрой Идзуми-реки
Там , из гавани речной, отчалил я в прощальный скорбный путь
Верно, ждет еще меня, вся в печали и слезах, милая моя жена
С печальным криком гуси пролетают и холод в криках тех
Запахи трав
На холмах в Кивадзуку собираешь ты травы, что зовут кукумира
Под мерный шум от падающих вод меж отвесных скал Цукуба
Как спокоен волн вечерний прилив в тихой бухте Асака
Так и я стремлюсь приплывать облаком всякий вечер к тебе
Из СТИХОВ АРМЯНСКИХ ПОЭТОВ
Страна Наири (Чаренц)
Мою отчизну, край отцов, скорбящий и святой, люблю
Пьянящий наирянок стан под звуки древних флейт люблю
Люблю кроваво-красных роз огнеподобный аромат
Как славы недоступной путь, Масис суровый мой люблю!
Любовь Торка (Агаян)
Все громче пришлец в ворота стучит, но замок, как будто вымер, молчит
Айкануш и… Торк! Их как сочетать? Но всесильна ты, любви благодать
Незлобивым Торк был, но, в гнев приведен, страшнее небесной грозы был он
Она же прекрасна, как солнца лик, что утром из бездны морской возник
Шепот и шорох (Терян)
Облака плывут, словно стая птиц, прощаясь с минувшим летом
А сердце скорбит не справляясь с щемящей тоской
Во мглистой осени шепот и шелест шуршащий
Напомнил, ласкаясь, мне вдруг о тайной твоей любви
Из ДРЕВНЕГО РИМА
Жалоба изгнанника
Лишь только унылой зимы голова заскорузлая встанет,Землю едва убелит мрамором зимним мороз.
Освободится Борей и снег соберется под Арктом – Время ненастья и бурь тягостно землю гнетет.
Нет тут ни сочных плодов, ни папирусов с Нила. Мне не на чем даже клятвы слова написать для тебя, госпожа.
Снега навалит здесь горы - ни в дождь, ни на солнце не тают: оледенев на ветру, вечным становится снег.
Сон Гипериона
Страждущий люд словно вода в вечных поисках бездны.
Блаженный взор в тишь устремлен к ясности вечной.
Безучастно младенчески дыханье сна небесного.
В застенчивых почках вечно цветет младая душа.
По направлению в Тартар
Громкий рокот меж тем потряс потемневшее небо, черная туча пришла, чреватая градом и бурей.
Мутные омуты там, разливаясь широко, бушуют, ил и песок выносят в Коцит бурливые волны.
Там, где начало пути, в преддверье сумрачном Орка Скорбь ютится и с ней грызущие сердце Заботы.
Тут Бриарей сторукий живет и Химера огнем врагов устрашает, гарпии стаей вокруг великанов трехтелых летают.
Из ЭЛЛАДЫ
Тень Тиресия
Что, злополучный, тебя побудило, покинув пределы светлого дня, подойти к безотрадной обители мертвых?
Здесь все ужасает – шумнобегущие страшные реки, глубокие воды Океана - и никто переплыть их не может.
Гонит тебя колебатель земли Посейдон, ты жестоко душу разгневал его ослеплением милого сына.
Но смерть не застигнет тебя на туманном море, кончину ты встретишь, украшенный старостью светлой.
Агамемнон
Вихрь крутясь, метал их, рвал и гнал. И спутников мгла поглощала
Тиндареева дочь, Клитемнестра! Что мужу несешь, госпожа?
Вероломство мое – не коварней отца душегуба за мою Ифигению дочь.
С посулом великим добра, горе по трапезе орлей цареву дому пророчил Колхант
Минотавр
Неприглядная бездна Тартара хладом Ананки сковала отпрыска Талоса сердце.
С судьбой не воюют и Боги, где ветер не дышит и вод угрюмая гладь застывает.
Кудрявоголовых чад эллинов обещано в жертву под вечер. Нерадостным будет смертный конец у людей!
Я помню лишь тени и язвы злой раны… там… вдребезги сердце… и гаснущий медленно крик…